Окопная проза: 5-й стрелковый батальон в боях под Северодонецком весной 2022 года

Мой друг по предвоенному (т.е. до 2014 года) Луганску на 24 февраля 2022 года жил в Гостомеле.
В день вторжения он быстро сориентировался и уже во второй половине дня посадил семью в машину и поехал на запад.
Он успел выехать из Гостомеля до оккупации его десантом, и после 30 часов в дороге, около полуночи 27 февраля написал мне: "Отсыпаюсь и утром иду в военкомат".
Попал в новосформированный батальон, который в апреле, не завершив полностью подготовку, отправился на фронт.
Воевал до лета 2022 года под Северодонецком и Лисичанском, был в ближнем бою, убивал, был ранен и тяжело контужен, от последствий контузии и по инвалидности впоследствии уволен из армии.

Текст ниже писал сослуживец моего друга по батальону по ходу событий и выложил в ФБ тогда же, весной-летом 2022 года.
Я сохранил сам текст, но, к сожалению, не записал ни имени автора, ни линк на его посты не сохранил. Не знаю, было ли продолжение и окончание.
Мой друг там в тексте ниже нигде не упоминается, но он один из "радистов с Парохода" и непосредственный участник многих описанных в тексте эпизодов.
Этот текст он читал, видение и оценку автора текста в каких-то моментах разделяет, в каких-то нет, но в целом, как у добровольца (а не принудительно мобилизованного, как автор текста), у него было несколько иное отношение к происходящему.
Автор текста, насколько я помню, после описанных в этом тексте событий ушел в отказники. Мой друг потом был прикомандирован к другим частям, попал в окружение под Лисичанском, выбирался из него и уже в июне вместе с остатками батальона поехал на переформирование.

( Read more... )

Вдогонку по Суджанско-Кореневской операции ВСУ

Пишут, что ВСУ на Курском направлении окончательно переходят к обороне.
Примем это пока за факт (который может и не подтвердиться) и взглянем критически на то, что я тут две недели написал "для памяти".


"Какие ассоциации возникают при взгляде на действия ВСУ в Курской области?
В первую очередь, с действиями кавалерии на восточном фронте ВМВ, и, во вторую - с ними же на начальном этапе ПМВ (на обоих фронтах).
То есть высокоподвижные, но очень уязвимые к атакам с воздуха; сильные своей внезапностью, но неспособные к самостоятельным действиям против пехоты противника отряды, дозоры и группы."

На данный момент - все верно.
Выдуманные военкорами несметные украинские резервы за прошедшие две недели на ринге так и не появились.
Ввод в бой каких-то крупных мотомехчастей или пехоты так и не состоялся.
Второе (а также третье, четвертое и т.п.) направление в операции так и не было открыто.
Уничтожение мостов, хотя и затруднило логистикув Глушковском районе, но заменить собой удар наземными силами с северо-запада не смогло.
Операция так и осталась эквивалентом ввода кавалерийского корпуса в рейд по ближнему тылу противника. С последовавшим за ним в лучших советских традициях прогрызанием этим корпусом вязкой пехотной обороны.


"И, точно так же, как в 1942м составленные из обозников и отпускников алярм-айнхайтены оказались способны локализовать периметр района действий, лишив прорвавшуюся конницу её главного козыря - подвижности - и дать возможность наносить по ней сосредоточенные удары с воздуха вплоть до полной потери ею боеспособности, точно также они оказались способны это повторить и в 2024м."

На данный момент - все верно.
За прошедшие две недели я посмотрел наверное с два десятка видео с нашими МРАПами, Страйкерами и БТР-4, пытавшимися кавалерийскими наскоками атаковать те или иные населенные пункты. Атаки эти заканчивались, к сожалению, преимущественно так же, как и атаки наших конников зимой 42/43го - чуда не произошло и алярм-айнхайтены с армирующими их отпускниками при сильной поддержке артиллерии и авиации относительно легко запечатали прорыв.


"Поэтому то, что мы сейчас видим - это даже не затухание или завершение нашей операции, это уже подготовка к контрнаступлению противника. Как мне это видится, конечно."

Тут облом. Затухло все только через неделю после моего поста.


"То, что войну более целесообразно вести на территории противника, ценой разрушения его инфраструктуры и ценой жизней и комфорта его гражданского населения, а не наших - вещи самоочевидные.
Но какие формы борьбы являются наиболее эффективными, а конкретно: является ли более эффективной та форма, которую выбрало ВПР Украины в августе?
Является ли столь быстрое затухание набеговых действий ожидаемым и планируемым, или же замысел был намного более амбициозным?
Является ли ввод в бой таких относительно малых сил (никаких подтверждений жидкому военкоровскому поносу про десять бригад ВСУ в полном составе, который потом тянут себе в рот и всякие сиэнэны, я не вижу) фичей или багой операции? В смысле, являлся ли ввод небольших, но активно маневрирующих подвижных сил главной идеей операции, или же это следствие невозможности задействовать бОльшие силы (либо вообще, либо в первые дни операции)?

Тут много вопросов задано, на которые пока объективно ответить сложно.
Но, по крайней мере, у меня сегодня есть версия того, в каком виде задумывалась операция.
На мой взгляд, основной задачей был прорыв в глубину до Курчатова и Курска.
Зачем? Вызвать остановку АЭС, а также панику и бегство значительной части 400+ тысячного населения Курска и пары сотен тысяч населения прилегаюших районов.

Об этом к.м.к. говорят несколько моментов:
- Заточенность на стремительные и глубокие действия на глубину. Посмотрите соответствующий отчет дипстейта: на северо-западном (Кореневском) направлении на максимальную фактическую глубину этой операции (т.е. к самому селу Коренево) наш 225-й ошб вышел уже к исходу вторых суток (!) операции. И вот там как раз и уперлись в алярм-айнхатены, последующие три с лишним недели продвижение было только в попытках консолидировать занятое и/или обойти Коренево с востока.
- Использование в операции подразделений на быстроходной колесной технике (82-й дшбр на Страйкерах, множество колесных бронемашин типа VAB и МРАПов, даже БТР-4 где-то откопали). Относительно мало БМП и/или М113. Ставка была сделана на скорость и маневр.
- Расхождение передовых отрядов "ввером" (на Коренево, Кромские Быки, Черкасское Поречное, Мартыново) имело целью, разумеется, не захватить побольше территории, а нащупать наиболее слабо прикрытое направление, чтобы пройти дальше на Льгов и Курчатов, вызвать панику, еще сильнее дезорганизовать логистику и оборону и т.п.;
- Очень активное, даже демонстративное маневрирование, за счет чего создавалось впечатление (и не только у нас, сторонних наблюдателей, но и у военкоров тоже), что наших войск зашло намного больше, чем их там было на самом деле. Судя по всему, это впечатление создавалось осмысленно (но расплатились мы за это большими потерями в технике технике и людях, когда у противника прошел первый шок и эти подвижные группы и отряды в процессе этого самого маневрирования начали попадать в засады и уничтожаться).
- Вместе с тем малочисленность тяжелой техники, артиллерии и пехоты для планомерного прогрызания, а затем удержания плацдарма, особенно плацдарма такой глубины.

Ввиду всего этого мне кажется, ставка была сделана на один быстрый и сильный удар в глубину, который должен был бы частью обрушить, а частью обойти сопротивление, с последующим выходом передовыми отрядами на линию Льгов, Курчатов, Курск или максимально близко к ней.
Последовавшая за этим паника и бегство насления существено усложнили бы логистику и переброску резервов противнику, а нам, наоборот, облегчили бы действия по отходу или по продолжению активного маневрирования (по ситуации). Политические последствия прорыва к АЭС, паники и эвакуации целого областного центра обсуждать смысла я не вижу, там все плюс-минус понятно.

Если приведенная выше оценка верна, то операцию следует считать не достигшей своих целей. Наши "сливы" в прессу про якобы бОльший успех, чем расчитывалось, у меня вызывают сильный скепсис и я их склонен рассматривать как информационную дымзавесу.

Есть ли у нас реальные планы удерживать занятую территорию, или же это лишь психологическое давление?

Для удержания такого большого плацдарма у нас, к.м.к., недостаточно сил и средств.
Однако на сегодня с точки зрения нашего ВПР это может быть единственным вариантом, чтобы попытаться капитализировать достигнутые результаты.
Поэтому, вероятно, такая попытка (удержания) будет сделана и она нам может стоить серьезных потерь, как в людях и технике, так и - потом - репутационных, политических и морально-психологических.
Т.о., плацдарм будут удерживать еще какое-то время, пока части не потеряют полностью боеспособность под ударами КАБов, ланцетов и вертолетов.

Если план заключался действительно в прорыве к Курчатову и Курску, то, на мой взгляд, после того, как стало понятно, что он (план) невыполним, следовало завершать операцию как глубокий рейд и выводить части обратно на большую землю и капитализировать её именно как успех рейда, а не оккупации.
Продолжение её в том виде, как она идет и теми силами, что там есть, на мой взгляд, является ошибкой.
(При том, что, безусловно, ведение б/д на территории противника и в зеленке тактически для нас В ЦЕЛОМ более выгодно, т.к. позволяет хотя бы частично использовать наше преимущество в маневре и связи, а также хотя бы частично уменьшить преимущество противника в артиллерии и авиции.)

Ну вот как-то так мне пока видится. Что-то еще вроде хотел написать, да не помню уже.