ioncore: (Default)
[personal profile] ioncore
Филатов Василий Романович.jpg
Перед атакой на Каменск проходило совещание
всех командиров 135-й танк.бр. На нем «комбриг» Филатов
заплетающимся голосом ставил боевую задачу. Он никак
не мог выговорить слово «виадук», после нескольких безуспешных
попыток он все-таки смог произнести «бивуак». Вот на этом
злосчастном «бивуаке» и сгорели танки бригады. После прохода
по виадуку на линиии железной дороги, наши танки по очереди,
один за другим, попадали под огонь противотанковых пушек противника
и горели. Несмотря на донесения командиров, Филатов
своего приказа не отменил, направление удара не поменял,
а все гнал и гнал танки под кинжальный фланговый огонь немцев.
После этого избиения 135-я танк.бр. утратила ударную силу
и была отведена в тыл.




Герой Советского Союза, командир 135-й танковой бригады подполковник Василий Романович Филатов. Родился в 1909 году в Белгороде, звание Героя получил за Халхин-Гол. С осени 1941 - командир танкового батальона в 26-й танковой бригаде, затем замкомандира этой бригады и, наконец, с августа 1942 - командир 135-й танковой бригады. Быстрый служебный рост в войну был вполне естественен для танкиста-фронтовика, золотая звезда была дополнительной положительной рекомендацией.
Однако рост этот резко обрывается в феврале 1943 года: Филатов снят с должности и отправлен в Уральский военный округ с понижением - заместителем по строевой части командира учебной танковой бригады, где и провел следующие три года; там же, за Уралом, встретил и конец войны. Из ссылки - без кавычек - он возвращается лишь годом спустя, однако и в последующие годы командных должностей не занимает, работая в Центральном аппарате, и в 60е военный чиновник Филатов тихо уходит в отставку в звании полковника. Очевидно, то, что произошло зимой 1942/43 года навсегда осталось черным пятном в его послужном списке и, как к командиру, доверия к нему уже не было.

В воспоминаниях ветеранов бригады, которые использованы в цикле заметок по истории 135-й бригады константиновского историка Игоря Бредихина, комбриг Филатов описывается уничижительно. Из приведенного в эпиграфе отрывка явно следует, что пьяное самодурство Филатова стало главной и непосредственной причиной разгрома бригады и потери ею всех танков. Но насколько это соответствует действительности?
На страницах этого журнала мы попытаемся разобраться в том, что же произошло под Каменском морозными днями 20-21 января 1943 года, опираясь на документы 135-й танковой бригады, 23-го танкового корпуса и 3-й гвардейской армии, а также немецких 302-й и 304-й пехотных, 7-й танковой дивизий, XXXXVIII-го танкового корпуса и оперативной группы Фреттер-Пико.
И начнем мы с  того, как 135-я бригада пришла под Каменск.


На марше

История 135-й танковой бригады начинается в феврале 1942 года. В течение пяти месяцев с февраля по середину июля бригада формировалась на территории Приволжского военного округа, после чего отбыла в Действующую армию, разгрузившись 27 июля в Ростовской области и войдя в состав 51-й армии Юго-Западного фронта. Затем три месяца бригада принимала участие в оборонительных боях на южном направлении в составе Юго-Западного, Сталинградского и Юго-Восточного фронтов. Тогда же, в августе, ее командиром был назначен майор Филатов. В конце октября 1942 года она была выведена на доукомплектование в район Татищевских лагерей под Саратовом (Приволжский военный округ) и включена в состав 23-го танкового корпуса генерал-майора танковых войск Ефима Григорьевича Пушкина.


Командир 23-го танкового корпуса генерал-майор танковых войск Е.Г.Пушкин

Помимо нее управлению корпуса были подчинены 3-я и 39-я танковая бригады, также выведенные в Татищевские лагеря на доукомплектование и 56-я мотострелковая бригада, которая должна была войти в состав корпуса уже на месте (первоначально состав корпуса был несколько иным, однако 56-ю тбр в последние дни перед отправкой корпуса на фронт заменили на 3-ю, а 9-я и 20-я мсбр были еще раньше отправлены на фронт в качестве отдельных).
12 декабря 1942 г распоряжением Ставки корпусу было приказано грузиться в эшелоны и передислоцироваться под Сталинград, на Донской фронт. Впрочем, как вскоре оказалось, Донской фронт был лишь отправной точкой.

1366471187_7-293.jpg


Сосредоточение 23-го танкового корпуса проходило трудно, чем-то напоминая страдания и метания механизированных корпусов летом 1941 года, и заслуживает отдельного описания. Корпусу вообще как-то в этом смысле не везло: полугодом ранее, в июле 1942 года ему уже пришлось накрутить несколько сотен километров. Из докладной записки Особого Отдела НКВД Сталинградского фронта в Управление Особых Отделов НКВД СССР: Беспрерывной переброской частей 23 танкового корпуса с одного рубежа на другой, неправильное использование их в бою изматывало материальную часть, не достигая цели. За 10 дней части корпуса совершили марш обшей сложностью до 300 километров (цит. по "Сталинградская эпопея: Материалы НКВД СССР и военной цензуры из Центрального архива ФСБ РФ").
Однако в декабре-январе корпусу удалось побить свой летний "рекорд". Выгрузившись из эшелонов на станции Качалино, бригады сначала совершили 50-километровый марш в район сосредоточения Вертячий, Песковатка. Оттуда личным распоряжением генерал-полковника А.М.Василевского корпус в течение дня 22 декабря совершил марш в район Ляпичев, затем был отправлен ночным маршем в район Сталинский. В новом районе корпус в течение трех дней занимал оборону в ожидании прорыва 6-й армии Паулюса из Сталинграда, который так и не последовал. После чего в течение недели корпус снова совершал непрерывные марши, попеременно входя в подчинение Донского и Юго-Западного фронтов, 5-й ударной, 5-й танковой и 3-й гвардейской армий. Намотав на гусеницы за 10 дней суммарно свыше 450 километров (в т.ч. 28 часов - ночью), форсировав реки Дон и Чир (причем отведенная корпусу переправа через р.Чир не держала танки, так что личному составу бригад в течение суток пришлось заниматься ее усилением), с совершенно измотанными механиками-водителями, 1-2 января нового 1943 года корпус прибыл в район сосредоточения Большинка в подчинение 3-й гвардейской армии генерал-лейтенанта Д.Д.Лелюшенко (Юго-Западный фронт).

Все эти марши корпусу пришлось совершать без роты подвоза ГСМ и без средств ремонта и эвакуации техники, которые были занаряжены промышленностью, однако в район сосредоточения не прибыли. Не имея своих средств подвоза, снабжение корпуса на марше пришлось полностью переложить на перегруженный работой автотранспорт Донского фронта и 5-й танковой армии, что вызывало постоянные задержки и простои танков на сутки-двое. В то же время, отсутствие тягачей и постоянные перебои с горючим делали невозможной буксировку танков в удобные для ремонта места, вынуждая ремонтировать их в поле, в месте остановки, что распыляло и так крайне скудные и недостаточные ремонтные средства бригад. Задержки и простои из-за неподвоза горючего, вкупе с постоянной спешкой, срывали регламентные работы и подготовку к последующим этапам марша, что еще больше увеличивало количество выходов техники из строя.

Потерянные танки

1366471235_6-293.jpgВообще, не слишком высокая надежность советских боевых машин того периода, и плохая подготовка механиков-водителей конкретно 23-го танкового корпуса, привели к тому, что боевые машины начали выходить из строя еще до убытия в Действующую армию: при погрузке в эшелоны пришлось оставить в местной запасной танковой бригаде восемь танков, сломавшихся по пути к станции погрузки (половина из них - 135-й танковой бригады). А уж в ходе дальнейшего многосоткилометрового марша путь корпуса к линии фронта оказался буквально усеян вышедшими из строя танками, бронеавтомобилями и автотранспортом: в основном заклинивало двигатели, выходили из строя коробки передач, воздухопуски и стартеры, на некоторых танках от частой перекладки рычагов лопнули ленивцы; наконец, имелись отдельные случаи намеренного вывода танков из строя своими экипажами из боязни идти в бой.

Всего по техническим неисправностям на протяжении пути были оставлены 48 танков и 6 бронеавтомобилей, причем опять половина танков пришлась на 135-ю бригаду. Причинами этого сомнительного "лидерства" 135-й являлись полное отстуствие в бригаде средств эвакуации (не было ни одного трактора, отсутствовали тросы) и ремонта (все ремонтные мастерские прибыли в бригаду отдельно, после того, как на марше была потеряна половина танков), полное отсутствие запасных частей и плохая подготовка механиков-водителей.
В результате, пройдя 485 км (почти полтысячи километров своим ходом, в морозы, по степным дорогам и оврагам!), к началу боевых действий в бригаде осталось в строю лишь 25 танков, т.е. менее половины от того, с чем она покинула район формирования! При этом средние Т-34 выходили из строя значительно чаще легких Т-70, если первыхосталась всего лишь треть от первоначального количества, то последних - почти три четверти. Приказом командира корпуса понесший на марше особенно большие потери 338-й танковый батальон сдал всю оставшуюся технику во второй, 337-й, батальон, а личный состав 338-го во главе со своим командиром, майором А.И.Мезенцевым, отправился собирать и ремонтировать разбросанные по маршруту неисправные танки корпуса. Таким образом, боевые действия бригада должна была вести лишь с одним сводным танковым (14 Т-34 и 15 Т-70) и моторизованным стрелково-пулеметным батальонами.

Хватало и других проблем. С колесным транспортом ситуация была немногим лучше, чем с танками: все указанные выше трудности наложились на исходный некомплект техники и на крайнюю растянутость путей снабжения: имеющиеся машины мало того, что не справлялись с подвозом, что приводило к перебоям в доставке продуктов и ГСМ, так еще и чаще выходили из строя от повышенной нагрузки. В итоге к началу боев в строю имелось менее 50% от положенного по штату транспорта.
Кроме того, в бригаде полностью отсутствовал электролит и кислота для заправки аккумуляторов, отсутствовали батареи и не было походной зарядной станции - все это делало крайне затруднительным поддержание работы имевшихся радиостанций и вообще электрооборудования. Отсутствовал антифриз, что вынуждало часто прогревать двигатели колесного транспорта; в танковые же радиаторы придумали залить дизтопливо (газойль), что решало проблему отсутствия антифриза (и одновременно увеличило возимую танками заправку топливом, что, до некоторой степени, смягчало проблемы с нехваткой автотранспорта для подвоза горючего), однако залитый газойль разъел дюриты (шланги) и прокладки, что привело к протеканию систем охлаждения. Полностью отсутствовали зимние маскхалаты для разведчиков и пехоты, не хватало валенков и полушубков (в первый же день наступления на морозе около -30° это привело к обморожениям), отсутствовали оружейное масло и пушечное сало, из-за чего оружие ржавело и на морозе часто отказывало.
Спешка с укомплектованием и отправкой корпуса в Действующую армию сказалась в полной мере.

Перед наступлением
gvmk01-023.jpg


Тем не менее, первые бои для бригады сложились достаточно удачно по целому ряду причин.
Во-первых, на подготовку к наступлению, которое началось 14 января, пришлось целых 12 дней, что дало возможность прекрасно изучить оборону противника, накопить - даже с учетом трудностей со снабжением - некоторые запасы, провести дополнительные занятия с личным составом, по нескольку раз проверить и перепроверить все вопросы - в общем, подойти к делу спокойно и серьезно.
Во-вторых, сама по себе оборона немецкой 304-й пехотной дивизии была подготовлена весьма слабо, особенно в инженерном и противотанковом отношении: артиллерия только лишь сосредотачивалась к линии фронта, мины на участке наступления 135-й тбр немцы не успели выставить вовсе, а их пехота всего несколько дней как заняла оборону после многодневных пеших маршей по заснеженной степи.
Третье, и, пожалуй, главное: оборона 304-й была растянута на широком фронте, а противостояло ей все правое крыло 3-й гвардейской и левый фланг 1-й гвардейской армий в составе 59-й, 60-й гвардейских и 266-й стрелковой дивизий, 90-й и 94-й стрелковых бригад и части сил 58-й гвардейской стрелковой дивизии, двух танковых корпусов - 18-го и 23-го - и нескольких отдельных танковых полков. Даже с учетом сильного некомплекта в советских соединениях, по людям и артиллерийским стволам на участке 304-й пехотной Красная Армия превосходила немцев более чем в два раза, а в танках - абсолютно, имея около двух сотен боевых машин против девяти исправных танков немецкого 138-го танкового батальона.

Можно было бы надеяться на традиционно высокий уровень немецкий подготовки и на пресловутый арийский дух, однако и с ними вышла конфузия. 304-я дивизия, сформированная в 1940 году как дивизия территориальной обороны, больше полутора лет несла гарнизонную службу в Бельгии. Хотя она и была незадолго до отправки на Восточный фронт спешно переформирована в обычную пехотную дивизию, в т.ч. усилена артиллерией, однако ее личный состав в массе своей не имел боевого опыта. К тому же, прибыв на восток, она столкнулась с суровой советской зимой, к которой оказалась совершенно не готова: по итогам январских боев дивизия потеряла больными и обмороженными почти тысячу человек. Наконец, по показаниям военнопленных часть личного состава дивизии (в некоторых подразделениях - до 40%) были мобилизованными поляками, которые вовсе не горели желанием погибать в 30-градусные морозы за Гитлера.
Все это, разумеется, существенно облегчило выполнение задач 135-й бригаде.

Первые бои

gvmk01-024.jpg


Наступление началось утром 14 января. На фоне неорганизованности и нерешительности мотострелкового батальона танки бригады действовали энергично и эффективно: местами ошеломленная их натиском и не имевшая противотанковых средств немецкая пехота сдавалась танкам вообще без боя. Наступление корпуса развивалось удачно, продвижение 3-й и 39-й танковых бригад корпуса было стремительным (к исходу первого дня - на 70 км), хотя 135-я тбр и 56-я мсбр и задержались позади, приказом командарма оставленные содействовать 266-й сд и 94-й сбр в очистке очагов сопротивления немцев. Потери были невелики - в первый день всего лишь один Т-34 и два Т-70, и на второй - один Т-70.

Впрочем, уже на третий день полоса везения закончилась, и во время атаки бригадой поселка Плотина в полной мере проявили себя низкие боевые качества советской пехоты вкупе с неумением командиров держать связь с соседями и вести разведку. В то время, как сопровождающая пехота (собственный мотострелковый батальон и 56-я мсбр) залегла под огнем, танкам 337-го батальона пришлось идти вперед и брать поселок самостоятельно, что и было сделано ценой потери четырех Т-34. Пехота, однако, так и не подошла, поэтому замкомандира бригады подполковник Н.М.Секунда, опасаясь ночных немецких контратак, против которых танки без пехоты в поселке оказались бы уязвимы, принял решение отойти на ночь в поле и занять там круговую оборону. Охранение и разведка организованы не были, так что, когда на танки ночью выскочили передовые подразделения 59-й гвардейской стрелковой дивизии, в темноте обе стороны посчитали, что встретили противника, и в завязавшемся ближнем бою огнем своих были подбиты сразу три танка Т-34.

В ночь на 18 января бригада перешла в Астахов и, готовясь поддержать наступление корпуса на Каменск, выслала разведку в сторону Старой Станицы (северное предместье Каменска, отделенное от города Северским Донцом). Здесь, однако, в бригаде окончательно закончилось горючее, так что следующие два дня 18-19 января она простояла в резерве корпуса (от бригады действовал лишь мотострелковый батальон, приданный 56-й мотострелковой бригаде, причем в бою погиб его командир, капитан И.Я.Петров) и только вечером 19 января, с подвозом ГСМ, она получила новую боевую задачу: с утра 20 января предстояло наступать через Старую Станицу на Каменск.

Но детально о событиях 20-21 января и о том, кто противостоял 135-й бригаде в Старой Станице, мы поговорим в следующий раз.

Date: 2016-12-01 01:37 pm (UTC)
From: [identity profile] grossgrisly.livejournal.com
интересный текст! Такой же "виадук" был в Йoнаве, 3-й день войны, большие и бестолковые потери танков.. Но врядли там кто-то злоупотреблял спиртным :)

А как вот он пишет "историю" танковой бригады? с моeй т.з. это бессмысленное занятие, поскольку информацию в наградных частенько высасывали из пальца, и пойди разберись кто действительно геройски сражался, а кого просто вписали..
Edited Date: 2016-12-01 01:38 pm (UTC)

Date: 2016-12-01 01:46 pm (UTC)
From: [identity profile] ioncore.livejournal.com
Ну вот, забегая вперед, во второй части я собственно и планирую показать, что пьянство и какие бы то ни было недостатки Филатова было лишь сопутствующим фактором :) Там будет даже немножко трехмерных карт, должно получиться тоже интересно.

По поводу истории, насколько я понимаю, Бредихин взял историю бригады, написанную ветеранским советом бригады в конце 80х, а также материалы константиновского музея и его переписку с ветеранами бригады, расширил и переложил все это для публикации.

Date: 2016-12-01 02:01 pm (UTC)
From: [identity profile] grossgrisly.livejournal.com
Но когда взяли Барвенково, то нахрюкались капитально! Я когда то прочитал в гешихте 100 лпд, но не придал этому значения. А сейчас этот факт подтвердился в воспоминаниях майора. Он в основном пишет про казаков, но думаю что и танкисты врядли наблюдали в сторонке..:)

Так что фактор значительный, но это д.б. большой н/п и большой склад.

Date: 2016-12-01 02:02 pm (UTC)
From: [identity profile] lwolf1942.livejournal.com
Спасибо Паш!!! Очень интересно!!!

Date: 2016-12-01 05:55 pm (UTC)
From: [identity profile] tutjejshy-mk2.livejournal.com
Жду продолжения, очень интересно.

Profile

ioncore: (Default)
ioncore

July 2017

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 06:46 pm
Powered by Dreamwidth Studios